Откровенное интервью с Юрием Пасиховым

13.09.2017 13:19 7

Откровенное интервью с Юрием Пасиховым

Учитель с уровнем ученого Юрий Пасихов: «Путь реформирования образования в стране выбран стратегически верный, однако в наших реалиях он может привести к еще большему падению уровня того же образования»

В Украине приняли новый закон об образовании. Позитивные отзывы о нем специалистов не означают, что он сделает наших школьников более приспособленными к жизни и поможет преобразить их жизнь. Заместитель директора, заведующий лабораторией информационных и коммуникационных технологий, учитель физики и информатики Винницкой ФМГ №17, народный учитель Украины Юрий Пасихов считает, что существует реальная угроза исчезновения интеллектуальной элиты страны, особенно в научно-технических областях.

А вместе с этим – исчезновение научных исследований, наукоемких производств, превращение страны в источник дешевой и слабо обученной рабочей силы для развитых стран Европы. Именно эта опасность кроется, если при имплементации принятого закона об образовании не будут предприняты серьезные шаги в поддержку физико-математического образования в школах.

«Сейчас, мне кажется, в университет поступить легче, чем ВНО сдать, а за границей в вузы и без него берут»

— Юрий Яковлевич, существует миф, что Альберт Эйнштейн в школе не успевал по многим предметам. Может, успеваемость не должна быть приоритетом?

— Независимо от того, миф это или нет, а Эйнштейн – край статистической функции. По отдельным людям нельзя судить об обществе в целом. Об обществе судят по большинству, к которому в любом случае он не относится. Альберт Эйнштейн мог не учиться в школе, мог плохо учиться, мог хорошо учиться, но это не влияет на то, что нормальный человек учиться должен хорошо.

Учеба – процесс взаимодействия, как откручивание гайки. Если ключ сломан или гайка сорвана, то ее не открутишь. Гении, как Эйнштейн – не норма, а отклонение. Если он плохо учился, то может у него были плохие учителя, или же был шалопаем… Как физика Эйнштейна, я считаю, никто не превзошел. Есть легенда, что диссертация Эйнштейна была написана на ладони и ограничивалась одной формулой – E=mc2.

Чтобы гений получил признание, важен случай. Недавно виделся с виднейшим украинским ученым, который стал физиком лишь потому, что будучи вратарем дублеров киевского «Динамо» в 19 лет получил травму, несовместимую с игрой в футбол. От безысходности он пошел на физфак. Сегодня в свои чуть больше 50 лет, он — один из лидеров в мире по изучению гравитационных волн. При этом до сих пор обычно вижу его в спортивном костюме и газетой «Команда».

— Для педагогов не свойственна «революционность». Почему лично Вы решили для себя учить детей?

— Начну с того, что родился я в Казатине, но сама история, почему именно там, любопытная… По окончании в 1954 году Житомирского сельхозинститута моего отца направили на Целину. Уехал в Казахстан он с моей мамой, а она родом из Казатина. Тогда «с нуля» создавался колхоз им. Ленина в поселке Шеманаиха. Когда мать почувствовала, что скоро рожать, решила вернуться. С поезда ее снимали медики и сразу же повезли в роддом. Повезло, она едва не родила меня в вагоне. Как гласит семейное предание, я появился на свет через 40 минут после прихода поезда на станцию. Когда мне было три месяца, она со мной 11 суток ехала в Семипалатинскую область, где и прошло мое раннее детство.

Потом отец вернулся в Украину, и я пошел в школу в селе Чорномин Песчанского района. Помню, когда ее оканчивал, там учились 830 детей. В селе работали колхоз, сахарный завод и совхоз, главным агрономом которого был мой отец. Сколько людей собиралось на празднование Нового года в сельском клубе, я не знаю, а в заводском – 120 ИТР-овцев. Тогда в Черномыне проживало свыше 5 тысяч человек.

Мою школу можно увидеть на 20-долларовой купюре. Здание по архитектуре напоминает Белый дом в Вашингтоне. Как-то, как бывший выпускник, я даже принимал участие в его спасении. Поскольку здание являлось памятником архитектуры XІX века, районные власти кивали на правительство и не выделяли денег на ремонт. А школа разрушалась. В середине 2000-х вмешался тогдашний губернатор А. Домбровский, и средства нашли.

Поступил в пединститут я не потому, что мама была учительницей. На то время меня интересовала радиоэлектроника. В выпускном классе у меня возникла «дискуссия» с учительницей биологии. Конфликт оказался настолько глубоким, что вмешался даже первый секретарь райкома партии. В результате этой «дискуссии» я как-то сказал, что сомневался, но теперь точно решил, что хочу стать учителем, чтобы школьникам никто никогда не говорил такого…

— Если не секрет, чем необычна была «дискуссия»?

— Уточню, наша школа была с углубленным изучением сельского хозяйства. У меня до сих пор есть удостоверение «тракториста» 3-го класса. Будучи агрономом, эта учительница преподавала севосмену, сельхозмашины и прочие предметы, а заочно получала педобразование на биофаке. Так вот, класс у нас был очень сильным, а ее любимыми выражениями были «Гній не вивезений» и «Треба до праці, до землі, а ви всі вчитися хочете».

Однажды я ее упрекнул в том, что слова расходятся с делом. Мол, сама – агроном, а пошла учительствовать подальше «от земли». Она пыталась отомстить. Меня пытались исключить из комсомола, но на собрании эту «идею» не поддержали, а я сказал, что буду учиться на педагога.

Учился я хорошо, и, несмотря на конкурс в 4 человека на место, легко поступил в Винницкий пединститут на физфак. Сейчас, мне кажется, в университет поступить легче, чем ВНО сдать, а за границей в вузы и без него берут.

Спустя много лет в 1980-х, как один из учителей-новаторов, в составе творческой группы от института усовершенствования педагогов я ездил по районам, чтобы передавать передовой опыт. На конференции в Песчанском районе увидел эту учительницу, и с трибуны поблагодарил ее за то, что сыграла решающую роль в избрании мной профессии.

«В Украине созданы предпосылки, чтобы не только «супер стар», но и второй и третий «эшелон» выпускников школ покинули страну»

— ФМГ №17 является одним из флагманов среднего образования в Виннице и даже в Украине. Во многом благодаря новациям, к которым Вы причастны. Не анализировали, где находят себя Ваши выпускники?

— В первую очередь, хочу сказать, что гимназия стала продолжением 17-й школы, которую во всех отношениях «сделал» Александр Соловьев. К нему я попал 19-летним студентом, и тружусь здесь 43 года. Так вот, из места учебы послевоенных переростков и одного из самых бандитских заведений он к уходу на пенсию превратил его в лучшую школу города. С 1974 года здесь были открыты классы с углубленным изучением физики. Работала целая плеяда выдающихся педагогов – Д. Власов и О. Доминский. Я только подхватил их начинание.

У Соловьева было чутье, он умел находить людей для решения конкретных проблем. В свое время я «сходил» в депутаты горсовета для одной цели – лоббировать установку мемориальной доски бывшему директору. Больше я в политику играться не стал. Не царское это дело… Потом, как мог, настаивал на том, чтобы и улицу, на которой находится школа, назвали в его честь.

В 1991-м мы хотели создать физико-математическую школу, но директор Виталий Сапига добился статуса гимназии, который предполагал некие «вольности». Сейчас их уменьшили… По качеству знаний и тому, что называют будущим выпускников, мы являемся бесспорными лидерами в области образования по естественным наукам, а в остальных сферах – среди таковых.

Признаюсь, я негативно отношусь к разного рода рейтингам, поэтому и сам могу давать оценку субъективную. В образовании нет индикаторов, за исключением того, когда родители «голосуют ногами», то есть переводят детей в другую школу. Хорошая школа – та, в которую ведут.

Ситуация с выпускниками у нас плохая по той причине, что путь системы образования для Украины чуть ли не тупиковый. Стране почему-то не нужны ученые-физики, инженеры-исследователи и иные специалисты в естественных науках. Нашим выпускникам сложно найти применение в Украине. Несмотря на «непопулярность» нашего профиля, в первый класс гимназии невозможно попасть.

Теперь о будущем выпускников. Еще в 2001 году, выступая на съезде работников образования, я сказал, что более 150 моих учеников имеют научные звания, и не понимаю, почему они должны работать на экономику якобы дружественных, а на самом деле не очень дружественных к нам государств. Тогда меня перебил сидевший в президиуме Л. Кучма. Тогдашний президент спросил, что я предлагаю, границы закрыть?.. Я же предлагал создать условия, чтобы талантливые люди могли работать на экономику Украины.

С тех пор количество моих учеников с научными званиями увеличилось более чем в два раза. Большинство из них работают за рубежом. Украина создает все условия, чтобы ученые ее покинули. Более того, сейчас уже есть предпосылки, чтобы не только «супер стар», но и второй, и третий «эшелон» покинул страну. Лишившись своих студентов, украинцев в вузы без проблем принимают в Польше – за небольшую плату или даром. Некоторые в Украине ВНО сдать не могут, а в польский университет поступают. По поводу «утечки» молодежи НАНУ написала открытое письмо в Минобразования, и я один из его подписантов. На встрече с заместителями министра нам пообещали учесть пожелания.

— Какой процент может реализовать себя в Украине?

— Это зависит не от количества одаренных детей, а от «точек приложения усилий». Я не понимаю людей, которые позиционируют себя, как суперпатриотов. Такие без вышиванки не выйдут из хаты, и после третьей чарки исключительно поют «Несе Галя воду»… Но они никак не могут понять, что нынешняя ситуация – интеллектуальный геноцид. Одаренным детям реально нечего делать в стране. Востребованы лишь те, кто идет в сферу нематериального производства, то есть, там, где не создается прибавленная стоимость.

Все технологии и производства, включая военно-промышленный комплекс, предполагают использование интеллекта. Кто-то должен уметь не только ремонтировать ржавый танк, но и придумывать новый, не закрывать КБ Антонов и «Южмаш», а разрабатывать новые самолеты и ракеты.

В Украине пять АЭС. Кто будет обслуживать реакторы, которые отработали свой срок? Новые в эпоху дефицита энергоресурсов создать слабо? Президенту НАНУ Патону 100 лет. Остальным академикам немногим меньше. А следующих поколений ученых практически нет. Если Украина захочет поставлять миру головастых мальчиков – это хорошо, но если хотеть, чтобы у нас были деньги не МВФ, а свои, нужно производство, которому необходим высокий уровень образования и именно естественных наук. Пока же в обществе нет социального заказа на эти знания.

Ладно, самые одаренные, скажем, 5%, за границей получают возможность проявить себя. К примеру, наш выпускник С. Залюбовский возглавляет лабораторию компании General Electric, а О. Логиненко – отвечает за разработку оптики для концерна BMW. Несколько винничан работают профессорами в университетах США, Чехии и других стран. Но они – верхушка айсберга. Государству не нужны и остальные…

— Вы общаетесь с первыми лицами государства, и говорили об этом. Что отвечают?

— То, что могут ответить, учитывая ранг. Как умные люди они всё понимают, но есть обстоятельства, которые препятствуют тому, чтобы от понимания переходить к эффективным, на мой взгляд, действиям… Препятствия я имею в виду, в первую очередь, внешнего характера. Я почти убежден, что лидеры крупнейших держав не заинтересованы в том, чтобы в центре Европы была крупная страна с развитой экономикой, развитыми производительными силами и наукой. Это никому не интересно, кроме самих украинцев.

Но мы почему-то слушаем чужие советы, берем польскую модель образования. Где индустрия Польши? Хотя в отличие от Украины Польша никогда и не была индустриальной страной. Вся польская талантливая и не очень молодежь перебралась в Германию. При всей критичности образования в Украине, их технические вузы нашим в подметки не годятся. А сейчас почему-то наши дети едут учить физику и инженерию в Польшу. Не ради знаний, а чтобы не вернуться и диплом засчитался.

Украину видят источником низкоквалифицированной дешевой, но опрятной рабочей силы. А развивать технологии – опасно. Вдруг мы их начнем экспортировать… Поэтому «Южмаш» не нужен. Танки и прочее оружие нам лучше дадут американские. Нас сначала «отжали» от ядерного оружия, от энергоносителей «отжали» газовые «короли» и «принцессы», а также соседние государства. Теперь остается «отжать» от образования. Без науки не только новое создать, но и старое восстановить невозможно.

Закон, который только приняли, прекрасный. Но в наших реалиях, как ни парадоксально это звучит, он приведет к падению. Это понимают и люди, принимающие решения… Патриот, воспитанный в национальных традициях, досконально владеющий украинским языком и не знающий других языков, не обремененный естественным образованием, но хорошо знающий актуальный вариант истории, считается более полезным для государства, нежели человек, который способен создать ее экономическую и военную мощь.

Даже палач Сталин не расстреливал физиков. Он их изолировал от общества, хорошо кормил и вынудил создать то, благодаря чему Россия и сейчас «бряцает» оружием и угрожает всему миру. Я не говорю, что мы должны «бряцать», но Украине было бы гораздо проще, если бы мы торговали не рапсом и голенастыми девочками, а хотя бы как Беларусь тракторами. Сахарные заводы, включая мой родной Чорноминский, приватизировали, чтобы порезать. Сейчас на его месте яма и 70-метровая труба, которая должна вот-вот упасть.

Я не могу вершить судьбу государства, но способен ощущать. Я учу детей, и не понимаю, почему не могу видеть их научные разработки в родной стране. Видимо, всех устраивает, что одни торгуют китайскими лифчиками, а вторые их носят, и все самозанятые.

«Я награжден многими правительственными наградами, но на лацкане пиджака ношу только две «городские». Они не по разнарядке»

— Илон Маск назвал искусственный интеллект самой большой угрозой человечеству, хуже Северной Кореи. Согласны с ним?

— И да, и нет. Есть две крайности. Как говорил Марк Твен: «Слух о моей смерти слишком преувеличен». Элемент угрозы присутствует, но запретить исследования, в том числе в таких направлениях, как генная инженерия или атомная энергетика, нельзя.

Мы живем в постиндустриальном информационном обществе, когда меняются представления. Маск имел в виду, что роботы сами создадут роботов, которые победят человека. Может быть… Давайте вернемся к примитивным отношениям. Я считаю, что цивилизационные процессы тормозить нельзя. Другое дело, что достижения нужно стараться использовать во благо.

— А в Виннице или Украине работают над темой «искусственного интеллекта»?

— Конечно же… Искусственный интеллект – очень широкое и расплывчатое понятие. У нас многие как частные компании, так и ВНТУ работает над этим. Без госфинансирования науки этим занимаются точечно, благодаря грантам или для заработка. Украинские ученые преимущественно сотрудничают с зарубежными институтами. Несколько украинцев, в том числе моя ученица – физик-теоретик Леся Щучка, работают в Женеве в проекте адронного коллайдера.

— Кроме работы в гимназии Вы принимаете активное участие в жизни города в целом. Недавно разруливали «кризис» с определением Почетного гражданина города. Многие винничане считают, что доставшиеся с советских времен премии, награды и звания давно себя изжили, и откровенно смеются над ажиотажем вокруг определения лауреатов многочисленных конкурсов. Что скажете по этому поводу?

— Ничего я не разруливал. Как член комиссии, я внес несколько предложений. Некоторые из них поддержали, в том числе по определению лауреата путем опроса. Результат Раи Панасюк был ошеломляющим, и я этим не удивлен.

Да, многие понятия у нас дискредитированы. Когда награждают по разнарядке, директиве или указанию, то и отношение к ним соответствующее. Согласен, это издержки, но они все-таки нужны.

В каждом городе есть свой Петренко или Стограмович-Наливайко, который разными методами приобрел себе колоссальное достояние, отхватив массу собственности, и все знают, что он крут. И есть та же Раиса Панасюк, которая ничего этого не сможет приобрести, но она – порядочный человек и много сделала для города. Хорошо, что будут знать и таких, как Рая.

У меня тоже есть звание «Почетного гражданина города». Мне это приятно. Наверное, хорошо учу детей. Я награжден многими правительственными наградами, но на лацкане пиджака ношу только две «городские». Они не по разнарядке.

— Расскажите о своих увлечениях за пределами учебного заведения, системы образования и науки….

— На протяжении 15 лет я был игроком команды «Что? Где? Когда?», которая многократно становилась чемпионом Винницы. И сейчас раз в году играю. Увлекался спортом и старался подтверждать звание кандидата в мастера по настольному теннису до 2005-го, когда неудачно сходил в «Плеяде» со сцены, споткнулся и начались проблемы с ногами. Обожаю аудиокниги, у меня огромнейшая коллекция. Увлекаюсь поэзией и читаю вслух детям. Остается старое увлечение радиоэлектроникой, до сих пор ремонтирую технику. Лауреатом Госпремии в 1987 году я стал именно за самодельный компьютер. Увлечений много, времени мало…

Игорь ЗАИКОВАТЫЙ

Источник

Следующая новость
Предыдущая новость

Берлускони сделал Путину очень странный подарок Нацкорпус, Свобода и Правый сектор захватили «вертолетную площадку» Януковича «Какой же адский маразм!» – волонтер описал происходящее в Донецке Матиос назвал количество небоевых потерь ВСУ Строительные материалы: имитация бруса

Лента публикаций